Очень простой и практичный вопрос - работа в группах на уроке.
Никакой философии - чистая техника.

«Вам мат, гроссмейстер!»
11 лет назад, на гребне педагогической революции в стране, была создана наша школа. Вопрос о «политической ориентации» не стоял – разумеется, педагогика сотрудничества! Школа для Ребенка, раскрытие таланта, пробуждение интереса – эти слова всегда были для нас больше, чем рекламные слоганы. Мы верили в возможность другой школы: более доброй и человечной. Отказаться от насилия, сотрудничать с ребенком, видеть в нем личность – тысячу раз «да». Но...

Но вот начинается урок, проверили отсутствующих и... что же делать нам с этой «личностью» на уроке? И не на уроке вообще, а во время – простите за прозу – опроса. Неприятное слово, отдает старой школой – но никуда не денешься, при любом методе приходится иногда спрашивать ученика: что он прочитал учебнике и что понял.

В старой школе было всё просто: «Сегодня к доске пойдет...» Три-четыре ученика у доски за урок, еще столько же – на первой парте, опрос на листочках, остальные – сидят и слушают. Порядок! Классика объяснительно-иллюстративного метода.

К доске? Письменный опрос? Все сидят и слушают? Это невозможно, это противоречит нашим приниципам... Мы пойдем другим путем! Никаких монологов у доски – мы будем говорить со всем классом! Это не «фронтальный опрос», нет! Это – беседа. Просто, мы беседуем с классом...

И если учитель наделен такими качествами как хорошая реакция, чувство юмора, артистизм – все идет хорошо: и ученикам нравится, и ему не надо стучать указкой по парте. Живо, активно, нескучно, но...

Но, вместо ответов и мыслей - отрывки фраз и междометия (каждому на ответ не больше 30 секунд - дольше трудно «держать класс»). Вместо беседы с классом – обмен репликами с тремя-четырьмя наиболее «реактивными» учениками (какой учитель выдержит напор, когда он весь урок тянет руку и кричит: «можно я»?) Что делать другим ученикам? Не слабым – а другим: медленным, робким и неуверенным?

Говорить с двадцатью человеками сразу невозможно – это нарушение законов психологии. Но учитель, представляя себя Ботвинником на сеансе одновременной игры, делает это...

- «Вам мат, гроссмейстер!»

Да, нам мат. Мы отказались от традиционного опроса, как метода, несовместимого с идеалами гуманной педагогики, - а так называемая «беседа» оказалась лишь пародией на содержательный разговор. Мы хотели вырваться на свободу – а нас зажали два этих монстра: Монолог у доски и Фронтальный опрос.


«Зачем они ходят в школу?»
Вернемся к постулатам. А что мы имеем ввиду под словами «педагогика сотрудничества»? Это педагогика, которая строится «от ребенка»: от его потребностей и интересов.

В чем эти «потребности и интересы»? Не будем обманывать себя - в чем угодно, только не в учебе. В начальной школе ребенок учится, потому что это очень похоже на игру (основной для него вид деятельности). Ученик старших классов учится, потому что это очень похоже на работу (основной вид деятельности для него через несколько лет). А подросток?

У подростка вообще нет никакого мотива учиться. Мы же не называем этим прекрасным словом – мотив – ожидание похвалы учителя или стремление избежать родительского наказания. Да, мы можем заставить подростка учиться, используя этот эрзац – страх и похвалу – но тогда не надо говорить о «гуманизме».

А в чем потребность подростка? Не надо быть психологом, даже учителем средней школы – каждый родитель, переживший этот период жизни своего ребенка, согласится с тем, что для него важно одно – общение.

Часовой «треп» по телефону, записочки на уроках, крики на перемене – все это проявление, пусть в грубой форме, потребности подростка в общении. Почему эта потребность становится главной – другой вопрос. Но очевидно одно, подросток ищет общения. Как высказался один психолог, специалист по подростковому возрасту: «Зачем они в школу ходят? Учиться? Нет. Они ходят общаться». Это даже не потребность – это нечто сильнее – страсть. Страсть к общению.

Нравится нам эта «тусовочность» или раздражает, ее надо принять как закон природы. Бесполезно идти против течения. Надо смириться и постараться извлечь для себя в этой ситуации максимум выгоды.

О выгоде. Что нужно нам, взрослым, в школе? Есть ли какие-нибудь потребности - не говорю «страсть» - у учителя? Самое простое – чтобы ученики хорошо учились. Тогда другой вопрос - когда ученик лучше понимает материал: когда он прослушает объяснение учителя и прочитает об этом в учебнике или когда, вдобавок, проговорит этот материал – расскажет кому-нибудь (учителю, родителям, соседу по парте...) У вас готов ответ?


Аристотель...
Итак, без эмоций – только логика... Ученику крайне тяжело сидеть тихо 40 минут, он хочет разговаривать – о чем угодно, можно даже о теме урока, лишь бы говорить. Но - ученик должен на уроке молчать.

Чтобы понять что-либо, весьма полезно проговорить это вслух. Но - ученик на уроке должен молчать.

Логика посильнее аристотелевой. Это вам не прогулки в Ликейской роще – это Школа: «Молчать! Нельзя разговаривать!»

Давайте поставим всё с головы на ноги. Разрешим ученикам на уроке разговаривать: болтать, обсуждать, шептать, шушукаться, иногда кричать, трепаться, подсказывать, говорить и проговаривать. Разрешим им делать на уроках то, что они хотят...

При этом не будем забывать о своей «выгоде» - сделаем так, чтобы они говорили о том, что нужно нам. Итак, скажем детям решительно: «Молчать нельзя! Разговаривать!»
Дадим им возможность работать в группах.

Как это сделать?
Какие вопросы можно обсуждать в группе? Любые: от пересказа параграфа до сложных ассоциаций. Особенно полезен пересказ. Ведь каждого не спросишь на уроке – так пусть пересказывают параграф соседу по парте, а потом один человек от группы сделает сообщение для всего класса. Для учеников робких и несильных – что одно и то же – это почти единственный способ научиться говорить. Не могут выступать публично – пусть выступают перед соседом по парте. Можно на обсуждение в группах ставить и вопросы более трудные, требующие догадки, нестандартных ходов.

Сколько человек должно быть в группе? Зависит от количества учеников в классе. Очевидно, что в классе не должно быть больше 4-5 групп - ведь надо выслушать ученика от каждой группы.

Сколько времени давать на обсуждение? Чем больше, тем лучше – пока не наговорятся и не начнут хихикать. Терпение, учитель! Не вмешивайтесь, ведь они выполняют вашу работу, самую монотонную и скучную – слушают пересказ параграфа. Выпейте лучше чашечку кофе!

Кого спрашивать после обсуждения? Конечно, «слабого» ученика (но так, чтобы никто не понял этого).

Как ставить оценку? Конечно, всей группе одинаковую. Скорее, это не пятибалльная оценка, а отметка о прохождении определенного этапа работы – «плюс». А оценка возникнет потом, когда в конце всей темы мы подсчитаем все полученные «плюсы».

Насколько постоянен состав группы? Постоянен, по крайней мере, на четверть – команда должна сработаться, должно возникнуть чувство ответственности – «чтобы стыдно было подвести друга».

Возражения?
Дети шумят? - Это от радости, что им дали поговорить. Привыкнут – успокоятся.

Не будут делать домашнее задание, надеясь на соседа? - Может быть, в первое время. Потом заработают «внутригрупповые механизмы регуляции». Проще говоря, ученики сами разберутся кому и что надо делать.

Уравниловка? Приберегите несколько трудных вопросов и задайте их отличникам в индивидульном режиме.

Всё так просто – но не получается?.. Да, может случиться и такое: учитель организовал работу в группах, все сделал технически правильно – а дети вообще перестали работать. Почувствовали, что контроль ослаб – и перестали работать. Ошибка? – да, перечисляя правила организации групповой работы, мы упустили главное...

Доверие. Доверие к ученику. Если для Вас ребенок, по определению, – существо ленивое, хитрое, уклоняющееся – ничего не получится. Не надо рисковать с групповой работой – дети совсем разболтаются. Работайте, как работали...

Такая работа получится у учителя, который доверяет детям. Верит в то, что даже самый «слабый» ученик может и хочет быть успешным в учебе. У учителя, для которого нет «хороших» и «плохих» учеников в классе – а есть те, которые уже проявили свои способности и стали «сильными учениками» и те, которые станут «сильными» потом. И работа в группах приближает это «потом».


Тупик гуманной педагогики?
Какими наивными мы были. Думали, что достаточно изменить стиль отношений в школе – не кричать на детей, не писать им в дневник красными чернилами замечания, называть детей по имени – и школа изменится. Нет, одних разговоров в непринужденной обстановке, у окна, не достаточно... Просто «хорошие отношения», к сожалению, не меняют сущность Школы. Это иллюзия, такая же, как «социализм с человеческим лицом».

Думали, откажемся от традиционного опроса – и дети раскрепостятся, начнут думать, будут свободно высказывать свои мнения на уроке. Думали, что и методики никакой специально не надо – сели, поговорили душа в душу, «побеседовали». Но не получается.

Методика не нужна, когда в группе 5, 6, максимум 7 человек. Тогда можно вести непринужденный разговор и смотреть каждому в глаза. Но когда больше – начинают работать психологические законы. И если это не хотеть признавать – оказываешь в тупике.

Потому что, отказавшись от педагогики насилия, но не выработав другой методики – техники урока – мы не можем организовать работу детей. Мы оказались безоружны и, осознав свое бессилие, мы вытаскиваем из чулана старое оружие старой ненавистной нам школы: объяснение – закрепление – опрос. Это реванш объяснительно-иллюстративного метода.

На смену педагогики насилия пришла педагогика бессилия – и это следствие того, что мы слишком долго говорили о гуманизме и «хороших отношениях» - а не о технике урока.

Нам нужна другая техника, другой инструмент. Ремесленник выбирает инструмент в зависимости от задачи, которую ставит перед ним заказчик. Традиционная педагогика ставила задачу формирования «прочных знаний» (...умений и навыков) – и альтернативы объяснительно-иллюстративному методу быть не могло. Какую задачу ставит перед нами Педагогика Сотрудничества? В чем суть этого «заказа»?

Учить ребенка думать и переживать, а не просто повторять чужие мысли - учить Мышлению. Опираться на добрые силы ребенка, на его потребности и интересы, а не просто заставлять ученика работать – учить Свободе.

С каким инструментом можно подступиться к этой работе? Речь идет о выработке другой дидактики - системы методов и форм работы - которая отвечала бы задачам гуманной педагогики; работа в группах – лишь один из элементов этой системы. Это одна из техник, позволяющая установить на уроке обстановку подлинного сотрудничества. Причем, самая простая – для учителя и самая радостная - для ученика.